Появление некоторых псевдонимов было обусловлено особыми соображениями - дипломатическими и иными.
Так, участник первой мировой войны молодой французский офицер связи при английских войсках Эмиль Герцог не поставил своего имени под книгой "Молчаливый полковник Брамбль" (1918) потому, что в довольно ироническом свете изобразил в ней своих сослуживцев - британских штабистов. В качестве псевдонима Герцог избрал название одной прифронтовой деревушки - Моруа и добавил к нему имя двоюродного брата Андре, погибшего на войне.
Так появилась литературная фамилия выдающегося французского писателя Андре Моруа.
В. Я. Брюсов помещал свои стихи в сборниках "Русские символисты" (1894, 1895) под разными псевдонимами: В. Даров, Зинаида Фукс, К. Созонтов, В. А. Маслов, с целью создать у читателей впечатление, будто поэтов-символистов гораздо больше, чем их было на самом деле.
Н. К. Гудзий пишет: "Литературная многоликость Брюсова, думается, вызывалась и желанием показать, что молодая поэтическая школа представлена значительным количеством имен, что она - не каприз двух-трех выдумщиков, а именно школа, литературное течение, сгруппировавшее вокруг себя достаточное количество адептов. С другой стороны, эта многоликость была связана с разнообразием стилей, в которых дебютировал начинающий Брюсов; явное подражание различным, часто несходным западным образцам удобнее было замаскировать, подписав их различными именами".
От имени Владимира Дарова, якобы умершего в 20-летнем возрасте, Брюсов собирался выпустить целую книгу стихотворений и даже написал предисловие, где излагалась биография этого вымышленного поэта, который изображался как "один из наиболее страстных последователей символизма".
