
Тень от белых кустов
на сугробы упала наброском.
Леденила дыханье,
и в сквере пустом — ни души.
Ровно в десять часов
поезд твой уходил из Свердловска.
Горечь губ.
И последнее слово “пиши”...
Из-под Вязьмы и Пскова
ты слал мне короткие вести:
“Все в порядке, родная.
Пожалуйста, меньше тревог!”
Как ждала я
скупых и коротких известий
И как много читала
меж криво написанных строк.
Этих строк драгоценных,
что с фронта так редко приходят...
Где-то ярость атак
и короткий привал на снегу...
Я тебя не забуду
в далеком суровом походе
И любить, как тебя,
никого никогда не смогу...
на сугробы упала наброском.
Леденила дыханье,
и в сквере пустом — ни души.
Ровно в десять часов

Горечь губ.
И последнее слово “пиши”...
Из-под Вязьмы и Пскова
ты слал мне короткие вести:
“Все в порядке, родная.
Пожалуйста, меньше тревог!”
Как ждала я
скупых и коротких известий
И как много читала
меж криво написанных строк.
Этих строк драгоценных,
что с фронта так редко приходят...
Где-то ярость атак
и короткий привал на снегу...
Я тебя не забуду
в далеком суровом походе
И любить, как тебя,
никого никогда не смогу...
Комментариев нет:
Отправить комментарий