Первый генеральный план развития Екатеринбурга

170 лет назад (в 1845 году) император Николай I утвердил первый генеральный план развития Екатеринбурга.

Разработка генерального плана развития Екатеринбурга началась еще в XVIII веке - в 1787 году такой план был представлен императрице Екатерине II. Затем он исправлялся в 1804 и 1829 годах, но только в 1845-м был, наконец, утвержден.

На момент подписания документа в городе проживало всего 15-17 тысяч человек, а план предполагал рост населения до 80-90 тысяч.

По нему предполагалось увеличение площади города примерно в два с лишним раза - преимущественно к юго-востоку, вдоль течения реки Исеть, и к северо-востоку, где имелись ровные участки земли, удобные для заселения. Документ устанавливал основные направления застройки и расширения территории в границах сегодняшних улиц Авиационной, Восточной, Московской и Челюскинцев.

В итоге город должен был представлять собой продолговатый четырехугольник, вытянутый с севера на юг, разбитый прямыми улицами на прямоугольные кварталы, также вытянутые с севера на юг. Предполагалась разбивка территории города на 335 жилых кварталов широкими и прямыми улицами, среди которых выделялся по ширине Главный проспект (ныне проспект Ленина). Всего было намечено 34 улицы.

Реализация плана началась почти сразу. Посещавшие тогда город европейские путешественники отзывались о Екатеринбурге как о наиболее красивом из городов на востоке европейской части России.  
По материалам "Областной газеты".

Апрельские пейзажи художников Урала

В воротах Азии, среди лесов дремучих,

Где сосны древние стоят, купая в тучах

Свои закованные холодом верхи;

Где волка валит с ног дыханием пурги;

Где холодом охваченная птица

Летит, летит и вдруг, затрепетав,

Повиснет в воздухе, и кровь её сгустится,

И птица падает, замёрзшая, стремглав;

Где в желобах своих гробообразных,

Составленных из каменного льда,

Едва течёт в глубинах рек прекрасных

От наших взоров скрытая вода;

Где самый воздух, острый и блестящий, 

Даёт нам счастье жизни настоящей...

                                    Н. Заболоцкий

А. В. Ефремов. "Скоро Пасха". 2005

PROчтение

В новом разделе читального зала " Мир твоих увлечений. Коллекционирование" представлена книга:

 Чугунное художественное литьё (1920-2012): Библиотека коллекционера / А. С. Зак. - Екатеринбург: Уральское изд-во, 2012. - 144 с., ил.

Это книга-фотоальбом из произведений чугунного художественного "кабинетного" литья, она логически продолжает первую книгу, вышедшую в 2009 году. Создание новой книги обусловлено значительным увеличением интереса к художественному литью за последние три года, особенно в стиле "социалистического реализма".

Все предметы, показанные в книге, только из собраний частных коллекций Екатеринбурга, Челябинска, Кирова, Санкт-Петербурга.

 

В екатеринбургском Музее изобразительных искусств сейчас проходит выставка каслинского литья советского периода, где собрано 300 образцов практически всей "нецелевой" продукции чугунолитейного завода. Его мастера чутко и талантливо отзывались на все значимые события страны, так что по экспозиции можно изучать историю Советского Союза.

Про варенье и фруктовые сады

Ещё Сократ писал: "Заговори, чтоб я тебя узнал", имея в виду, что речь человека - его важнейшая характеристика. По тому, как и что мы говорим, окружающие составляют о нас впечатление, и изменить его бывает очень сложно.

Для многих прилагательные "сливовый" и "грушевый" являются камнем преткновения.   Вы часто слышите (не хочется думать, что и  произносите ) эти слова как сливовый и грушовый. Это неверно!  Правильно: сливовый и грушевый, по аналогии с яблоневый, черешневый.

Что же заставляет произносить эти слова с ударением на суффиксе? Возможно, это влияние русской литературы: мы помним "Вишнёвый сад" А. П. Чехова. А раз есть "вишнёвый",  почему не быть "сливовому" и "грушовому".

Дело в том, что до появления пьесы Чехова нормативным было ударение вишневый.

На кудри мягкие надета

Ермолка вишневого цвета.

                                М. Лермонтов

К. С. Станиславский писал о том, как А. П. Чехов изменил первоначальное название пьесы "Вишневый сад" на "Вишнёвый сад": "Послушайте, не Вишневый, а Вишнёвый сад", - объявил он и закатился смехом. В первую минуту я даже не понял, о чём идёт речь, но Антон Павлович продолжал смаковать название пьесы, напирая на нежный звук "ё" в слове "вишнёвый", точно стараясь с его помощью обласкать прежнюю красивую, но теперь ненужную жизнь, которую он со слезами разрушал в своей пьесе".

Станем называть сады сливовыми и грушевыми, яблоневыми и черешневыми.

А ещё нужно запомнить, что варить грушевое варенье удобнее всего  на кухне, в кухонной посуде (ударение на первый слог), а не в кухонной, как часто можно услышать.
Не забывайте о словарях!
Это хорошие помощники.

К 70-летию Победы. Стихи свердловских поэтов. Шкавро Л. Г.

 

Родился в 1920 году в Петропавловске (Казахстан) в рабочей семье.

Учился в Свердловском институте журналистики, но ушел в армию. Участник Великой Отечественной войны.

Вернувшись в Свердловск после войны, поступил в Уральский государственный университет, затем перевелся в Литературный институт имени А. М. Горького, который окончил в 1951 году. Работал в ТАСС, в газетах Дальнего Востока, заведовал отделом поэзии журнала "Урал".

В 1957 году вышла первая книга стихов Л. Шкавро "Хорошая примета".

Автор многих сборников стихов, изданных в Москве, Свердловске, Уфе, среди них "Прилетайте, аисты" (1970), "Зеленоглазая держава" (1973), "Земля любви моей" (1975). Член Союза писателей.

Награжден семью медалями.

Умер 5 июля 1994 года.

Я на войне под гул раскатов
Ещё безусым,
Молодым,
Пройдя нелёгкий путь солдата,
Стал преждевременно седым.
Кого винить мне в том,
Россия, когда пылаешь ты в огне…
И разве мог по долгу сына
Я оставаться в стороне
От слёз твоих, тревог, рассветов,
В себя впитавших кровь и дым,
А после прикрываться чем-то
Высоким именем твоим!
И горд я тем, что там,
Где было с избытком горя и смертей,
Россия, ты не усомнилась
В сыновней верности моей.

Никто не забыт, ничто не забыто. Города-Герои

  Город-Герой Минск.

Столица республики Беларусь, ранее Белорусской ССР.

 Высокое звание Город-Герой присвоено Минску 26 июня 1974 года с вручением второго ордена Ленина и медали "Золотая Звезда".

Уже с первых дней войны Минск неоднократно подвергался воздушным бомбардировкам. На момент освобождения города Красной Армией 3 июля 1944 года в центральных районах осталось всего около 70 не разрушенных зданий.

В окрестностях Минска германские оккупационные власти создали концентрационные лагеря и гетто. Всего в Минске и окрестностях было убито более 400 тысяч человек.

В ноябре 1941 года родилось минское подполье, а в первые полтора года оккупации появилось 20 партизанских отрядов.

Город обороняли 4 советские стрелковые дивизии, был получен приказ: Минск не сдавать. Но наши войска вынуждены были отступить. В те дни начальник штаба Верховного командования сухопутных войск вермахта Ф. Гальдер записал в своём дневнике: "В общем теперь стало ясно, что русские не думают об отступлении, а напротив, бросают всё, что имеют, навстречу вклинившимся германским войскам".

 За время оккупации погибло более 70 тысяч горожан.

В городе действовало одно из самых крупных подпольных соединений времён Великой Отечественной войны, объединявшее примерно 9 тысяч человек. Более 600 из них были награждены за боевые заслуги орденами и медалями Советского Союза.

Рассказчик эпохи культа личности

3 апреля исполняется 95 лет со дня рождения Юрия Марковича Нагибина (1920-1994).

С самого начала своего творчества заявил себя мастером рассказа. В 1940 г. был опубликован его первый рассказ "Двойная ошибка", за ним пошли другие. Началась Великая Отечественная война, писатель воевал на Волховском фронте. Там в 1942 г. узнал, что его заочно приняли в Союз писателей СССР. Появляются сборники рассказов - "Человек с фронта" (1943), "Большое сердце" (1944).

После войны - сборники рассказов и повести "Зимний дуб" (1955), "Перед праздником" (1960), "Ранней весной" (1961), "Погоня. Мещерские были" (1963), "Далекое и близкое" (1965), "Переулки моего детства" (1971) и др. Но это вовсе не значит, что рассказами ограничивалось его творчество. Одни ценят Нагибина как новеллиста, другие как автора биографий людей искусства. По его сценариям сняты фильмы "Чайковский", "Иван да Марья", "Председатель" (по повести "Страницы жизни Трубникова").

И все-таки, рассказ он ставит в основу всего написанного. Не случайно появляется его книга "Размышления о рассказе" (1964). Тонкий психолог, лирик, романтик выбирает героев своих произведений не по их профессии, социальному статусу или возрасту. Его привлекает духовная сущность человека. Последние произведения, особенно "Дафнис и Хлоя эпохи культа личности, волюнтаризма и застоя", открыли новые грани его таланта.

 

После смерти Нагибина опубликован его дневник, содержащий резкие и нелицеприятные оценки ряда литераторов-современников.